«Машзавод в Туле — не сосед, а член семьи»

Главная » Новости » Новости компаний » «Машзавод в Туле — не сосед, а член семьи»

13.02.2017

Автор: Константин ЛЕОНОВ

Фото: Александр КОЛЕСНИК и из архива «Молодого коммунара»

Источник: Молодой коммунар http://mk.tula.ru/articles/a/69701/

Туляки своими заводами гордятся. Но это всегда напоминало улицу с односторонним движением: город для предприятий, а не они для него. Мы им — людские, материальные и природные ресурсы, они нам — нагрузку на среду обитания. Однако философия сосуществования социума и производства меняется. Это доказывает пример Тульского машиностроительного завода с его масштабными мерами по гармонизации отношений предприятия с окружающей средой.

На территории Тулы функционирует порядка 200 индустриальных объектов, которые, понятное дело, экологию не улучшают. Многие десятилетия они не только ковали щит Отечества, но и загрязняли атмосферный воздух, почву, поверхностные и подземные воды. Стоит вспомнить только выводы ученых, которые схватились за голову, исследовав состав донных отложений в реке Упе в черте города. В этом иле — залежи полезных ископаемых, из которых можно, наверное, изготовить полк танков, потому что тут есть в достаточном количестве полный набор металлов, которые нужны для этого.

«Позаботились» об этом два завода в центре города и металлургический гигант на востоке областной столицы с их стоками воды, в том числе гальваническими.

«Здесь когда-то был ад!»

— вспоминают люди, работавшие в старых цехах гальваники Тульского машзавода.

Рабочие — некоторым даже приходилось до пояса облачаться в тяжелую резину — чуть ли не вручную перемещали детали по ваннам с ядовитыми жидкостями. Дышали гальваники воздухом, щедро «напоённым» кислотами да щелочами.

Новый гальванический цех предприятия, запущенный год назад, больше напоминает не опасное заводское производство, а какой-нибудь «медхимпром НИИ». На автоматизированных линиях рабочие — не одетые в общевойсковой защитный комплект, а в обычных чистых спецовках,— нажимая на кнопки автооператора, управляют процессами загрузки деталей в растворы. Никаких противогазов на них тоже нет: дышится легко, запахи отсутствуют.

— Раньше почти на каждом производстве была своя гальваника, всего — на шести площадках. Мы эти цеха объединили под одной крышей, автоматизировали и «закольцевали» все процессы,— рассказывает главный металлург ТМЗ Михаил Григорьев .— Получился уникальный цех, в стране другого такого нет — с аналогичными объемами производства, с таким числом гальванических линий (их 15), количеством покрываемых деталей и видами покрытий (32 процесса: хромирование, никелирование, меднение, цинкование и так далее). А главное, нигде вы не встретите столь кардинального подхода к решению проблем экологической безопасности.

Только несколько цифр, с вашего позволения. По старой технологии в год у нас образовывалось 110 тонн гальванических шламов. ТМЗ ежегодно потреблял и сбрасывал 260 тысяч кубометров воды. Сегодня шламов получается 30–40 тонн в год, а воды мы потребляем всего 5–10 кубов в год. И при полном отсутствии стоков, мы ничего больше не сливаем. Цех работает по бессточной технологии.

При гальванизации деталей всегда присутствует вода, которая подлежит очистке. И на всех предприятиях страны существует эта проблема — как минимизировать и обезопасить гальванические стоки. Раньше на ТМЗ мы вынуждены были держать станцию нейтрализации, где стоки разделялись на кислотно-щелочные, хромсодержащие и т. д. ; проводилась сложная процедура обезвреживания, а затем полностью очищенные стоки поступали в горколлектор. Мы решили не просто нейтрализовывать стоки, а исключить их полностью.

Промывочная вода сейчас проходит через водооборотный комплекс: здесь происходит ее подготовка к технологической операции, а затем очистка до уровня той, что льется у вас из крана на кухне. А тяжелые металлы отделяются и утилизируются. Недешево? Да. Но за ценой мы не постояли. Даже немцы (там мы пытались реализовать этот же проект) не взялись, потому что очень дорогим занятием они это посчитали. Там гальванические стоки по старинке сбрасываются в реки. Я, будучи в Кёльне, подошел к Рейну и понял, что купаться в нем не хочу. А вот то, о чем сказал как-то генеральный директор Туламашзавода Евгений Анатольевич Дронов, я уверен, сбудется: «В Упе будут купаться мои внуки, так же, как и я когда-то в детстве купался».

Параллельно мы исключили и попадание вредных веществ в воздух. В цехе раздельно собираются хромовые, кислотно-щелочные,цианистые выбросы, скрубберы забирают воздух из ванн, очищают, обеззараживают его, и в окружающую среду попадает только чистый воздух. Чувствуете — никакого намека на запах какой-то, на вредность. Можно сидеть, книги читать, дышится лучше, чем в библиотеке, только там еще пылью пахнет, а здесь — нет. И обороноспособность страны, заметьте, не пострадала…

Евгений Колесников, начальник цеха гальванических и лакокрасочных покрытий , говорит, что рабочие благодарны руководству предприятия за такие условия труда:

— В цехе оборудованы отличные бытовки с раздевалками, в них людям комфортно. Что касается самого производства: новый цех по сравнению со старыми технологиями — это небо и земля. Коллектив у нас — 136 человек, из них часть работают по непрерывному графику, а гальваническое производство — в две смены. Много молодежи, которая приходит на работу с удовольствием. Скучать тут не приходится. Линии дозагружаем сторонними заказами, сотрудничаем с многими предприятиями как нашей области, так и других регионов…

Татьяна Канунникова, гальваник:

— Я на машзаводе десять лет уже, а как построили этот цех, то сразу поняла: это — моё. Современно, чисто, отношение руководства отличное — здесь заботятся о кадрах. Когда в цехе бывают работники с других предприятий, то всё время удивляются: почему, мол, у вас нет запаха серной кислоты? Вот недавно из Донского приезжали с заказом — говорят: в жизни такого не видели, чтоб в гальванике было чисто, как в больнице…

Экологическая революция

Последнее замечание главного металлурга — о том, что обороноспособность страны не пострадала,— важно: часто владельцев предприятий ОПК удерживает от глобальных мероприятий по охране природы опасение «тормозящего фактора» для основного производства. За экологию когда еще спросят, а за выполнение гособоронзаказа — уже в конце четвертого квартала. Руководство Тульского машиностроительного завода решило, что процессы должны идти параллельно, чтобы и заказчик был удовлетворен, и окружающая среда цела. Надо заметить, что получается: основные производственные показатели АО «ТМЗ» от реализации комплекса мер по экологической безопасности не ухудшились.

Ольга Братчикова, руководитель группы охраны окружающей среды отдела производственной безопасности и экологии ТМЗ , считает, что потребительского отношения к тому, что вокруг, ни у кого быть не должно:

— Принцип, которому следует руководство нашего предприятия, прост: туляки должны ощущать, что машзавод — это не сосед, а член семьи. Горожане, особенно те, кто постарше, помнят подземный гул и грохот, который нередко беспокоил жителей центра по ночам. Это были звуки от испытательного полигона на нашей территории, он работал в три смены. Но предприятие учло интересы населения, и полигон в начале 2000-х годов перенесли за пределы города. Пороховые газы перестали выделяться в атмосферу, уровень шума снизился.

Была на территории завода и автозаправочная станция со всеми вытекающими проблемами в виде загрязнения почвы топливом, а воздуха — выхлопными газами. Мы пришли к выводу, что в прибрежной зоне, где расположен завод, таким объектам — не место. Теперь наш автотранспорт заправляется только на городских АЗС.

Большую роль в очищении городского воздуха сыграло то, что мы переформатировали вентиляционные установки, чтобы не выбрасывать воздух из цехов в атмосферу. У каждого станка — свой «пылесос». Да, для этого пришлось закупать дорогостоящие локальные установки, исключающие попадание загрязненного воздуха в атмосферу, но руководство предприятия пошло на эти затраты.

Новое гальваническое производство — предмет нашей особой гордости, конечно. Помимо всего прочего, на территории были три иловые карты — котлованы, куда сваливался гальванический шлам, после сушки отправлявшийся на утилизацию. То есть имелась постоянная опасность загрязнения водоносного горизонта, почвы. Сосредоточив в одном месте весь гальванический комплекс, мы, помимо того, что достигли нового уровня качества покрытия деталей, добились кардинального улучшения экологической обстановки, решив массу природоохранных проблем. Особо отмечу ликвидацию старой паровой котельной: она подавала пар на гальванические участки. Новый цех гальваники исключил потребность в паре, а значит, и старая котельная стала не нужна. А она выбрасывала в окружающую среду в год 73 тонны загрязняющих веществ.

Иловые карты освободили от шлама, сдав его в спецорганизацию, а землю на месте шламонакопителя рекультивировали, заказав специальный проект,— заменили чистым грунтом с дренажом и обустроили симпатичный газон общей площадью более 3 000 квадратных метров. Вообще на заводе большое внимание уделяется озеленению. Здесь у нас растут редкие деревья, кедры, ели, высаживаем сезонные цветы, разбиваем скверы — ежегодные затраты на новые скверы и газоны составляют не менее полумиллиона рублей. Мне приходилось бывать на многих предприятиях, и могу сказать, что более благоустроенной и эстетичной заводской территории я не видела.

Мы учитываем интересы не только предприятия, но и Тулы. ТМЗ — стратегический объект оборонного значения в центре города: так исторически сложилось много лет назад. В советские времена был норматив, согласно которому такой завод обязан находиться на берегу реки. Но мы делаем сейчас всё возможное, чтобы Упа была не «заводской» водной артерией, а обычной рекой и радовала туляков чистотой и естественностью.

И, кстати, тульские водители, наверное, заметили: для удобства передвижения по улице Мосина трубы вентиляции, повсюду там торчавшие, убраны. Это — наш город, и машзаводовцы делают всё, чтобы в нем было комфортно жить…